LXF147:GPL
|
|
|
Содержание |
Как нам «легализовать GPL»?
- Павел Протасов рассматривает возможные изменения российского законодательства, имеющие отношение к свободным лицензиям.
«Подготовить предложения о внесении изменений в гражданское законодательство Российской Федерации, направленных на закрепление для авторов произведений возможности предоставлять свои произведения на условиях свободных лицензий неограниченному кругу лиц (аналогичных Creative Commons, GNU FDL).
Ответственные: Щёголев И. О., Яковлев В. Ф. Срок – 1 августа 2011 г.»
Тема соответствия российскому законодательству типовых лицензий на программы с открытыми исходными текстами и другие произведения является «больной» для российского OpenSource-сообщества: слишком много вокруг нее разведено спекуляций. Применением GPL заинтересовались не только разработчики и пользователи свободного ПО, но при этом в умах населения все еще продолжает циркулировать слух, что лицензия «не является законной, поскольку государство ее не одобряет».
6. Правообладатель может сделать заявление о предоставлении любым лицам возможности безвозмездно использовать принадлежащий ему результат интеллектуальной деятельности на определенных им условиях и в течение указанного им срока. В течение этого срока любое лицо вправе использовать этот результат на указанных условиях.
При отсутствии в заявлении правообладателя указания на срок считается, что этот срок составляет пять лет.
При отсутствии в заявлении правообладателя указания на территорию считается, что это территория Российской Федерации.
Правообладатель не имеет права осуществлять такие действия при наличии действующих возмездных лицензионных договоров, по которым предоставляется право использовать результат интеллектуальной деятельности в тех же пределах.
Указанное заявление должно быть сделано путем размещения на официальном сайте федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности.
В случае, если в отношении результата интеллектуальной деятельности осуществлена государственная регистрация, сведения о таком заявлении должны быть внесены федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в соответствующий государственный реестр.
В течение срока действия заявление не может быть отозвано, а предусмотренные в нем условия использования не могут быть изменены.
Положения настоящего пункта не применяются к результатам интеллектуальной деятельности, в отношении которых настоящим Кодексом установлен порядок предоставления правообладателем открытой лицензии (статьи 1368 и 1429).
Политика открытого лицензирования
На беспочвенности этого слуха мы уже останавливались (в статье «Восемь “нет” о GNU GPL», LXF139-140). Гражданский кодекс закрепляет принцип «свободы договора», разрешая заключать сделки, даже не предусмотренные законодательством, так что никакого «одобрения» и не требуется.
Однако миф о том, что «GPL в России недействительна, поскольку не одобрена государством», оказался на удивление живучим. Пользуясь им, продавцы коммерческого ПО пугают потенциальных клиентов тем, что «придет милиция и все заберет». (Что самое смешное – слухи о злой милиции сильно преувеличены, и при проверках «линуксы» ее, как правило, не интересуют).
Еще одна группа паразитов на этом мифе – так называемые «эксперты по SAM». «SAM», или «Software Asset Management» – это «управление лицензиями на ПО». Зародилась эта дисциплина из предельно запутанных «правил лицензирования» от Microsoft. «Эксперты по SAM» всегда будут рады предостеречь своих клиентов от необдуманных поступков типа срывания «лицензионной наклейки на Windows» с корпуса компьютера – ведь это по правилам Microsoft делает установленную копию ОС «нелегальной», и ее придется покупать снова. (К тем же самым последствиям, по словам технической поддержки Microsoft, приводит и выбрасывание коробки от дисков с ПО, поскольку у «коробочных» версий «лицензионная наклейка» прилеплена именно на нее).
Учитывая то, что многие «эксперты» по совместительству программами еще и торгуют, предельно простые условия GPL и других свободных лицензий для них – что нож вострый. Единственный выход – пусть лучше такие лицензии будут «нелегальными». Потому что «не одобрены государством»...
Но в последнее время политические события вокруг свободных лицензий активизировались, причем на самом высшем уровне. Еще в апреле Президент провел встречу с представителями интернет-сообщества в Российской государственной библиотеке для молодежи. В июне по итогам этой встречи органам власти было дано поручение подготовить проект изменений в законодательстве, направленных на расширение возможностей по свободному использованию произведений.
Кроме того, в конце июня Медведев лично поучаствовал в загрузке на сервер «Викисклада», хранилища свободно распространяемых произведений, фотографий, которые РИА «Новости» решило подарить сообществу на условиях лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 (CC-BY-SA).
После этого всем, по идее, должно быть ясно, что курс на либерализацию копирайта взят устойчивый...
Но уже сейчас существует другой широко обсуждаемый законопроект, который содержит положения, направленные на «легализацию» свободных лицензий. Проект вносит изменения не только в «копирайтные» статьи четвертой части ГК, но и в другие разделы, причем изменения весьма существенные. Поэтому за его обсуждением следят юристы, которые специализируются в самых разных отраслях права. Давайте займемся этим и мы.
В сфере авторского права действуют две главных международных конвенции. Первая из них, «Бернская», предоставляет более высокий уровень охраны произведений, хотя и была принята раньше. Вторая, «Всемирная», или, как ее иногда называют, «Женевская», принималась для того, чтобы к ней могло присоединиться как можно большее число государств, включая те, в которых законом предусмотрены ограничения, не совместимые с Бернской конвенцией.
Именно по этой причине Всемирная конвенция «подстраивается» под внутреннее законодательство стран, допуская многочисленные послабления в режиме охраны. Проставление знака охраны авторских прав – всего лишь одно из таких послаблений. В то же время, согласно Бернской, более жесткой конвенции, наоборот, требуется, чтобы внутреннее законодательство присоединившейся страны было приведено в должное соответствие с текстом конвенции.
Как бы свободные...
Проектом предусмотрено добавление в статью 1233, описывающую распоряжение исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности, шестого пункта, который и «легализует свободные лицензии». Сама статья 1233 содержится в той главе четвертой части, которая определяет общие положения, применимые ко всем результатам интеллектуальной деятельности, а не только к произведениям, охраняемым авторским правом.
Добавленный пункт предусматривает «заявление» правообладателя о предоставлении любому лицу возможности безвозмездно использовать свою «интеллектуальную собственность» на определенных условиях и в течение определенного срока. Если срок не указан, он считается равным пяти годам. Заявление является безотзывным, а условия использования нельзя изменить. Такие заявления размещаются на сайте «федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности», то есть Роспатента.
Последнее требование повергло в ужас всех наблюдателей от IT-сообщества. По понятным причинам: Роспатент – он только и исключительно российский, а произведения по свободным лицензиям распространяются во всем мире.
Но беда такого порядка «освобождения» произведения – не только в этом. Попытка ввести в закон некое «заявление» не согласуется с некоторыми другими статьями ГК, а также с одним из основных принципов авторского права.
Принцип этот закреплен в четвертом пункте статьи 1259 ГК, и звучит он так: «Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей».
Именно так и начиналось авторское право: «Статут королевы Анны», который считается первым законом о копирайте, предусматривал обязательную регистрацию произведений. Права на него действовали в течение четырнадцати лет, после чего их можно было продлить еще на четырнадцать. Таким образом, осуществлять их автор мог только после выполнения некоторых формальностей.
Статья III, 1. Любое Договаривающееся Государство, которое в соответствии со своим внутренним законодательством требует в качестве условия охраны авторского права соблюдение таких формальностей, как депонирование экземпляров, регистрация, оговорка об оставлении за собой прав, нотариальные удостоверения, уплата сборов, производство или выпуск в свет на территории данного государства, будет считать эти условия выполненными в отношении всех произведений, пользующихся охраной по настоящей Конвенции и впервые выпущенных вне территории этого Государства и автор которого не является одним из его граждан, если, начиная с первого выпуска этого произведения, все его экземпляры, выпущенные с разрешения автора или другого лица, обладающего авторским правом, будут иметь знак © с именем лица, обладающего авторским правом, и с указанием года его первого выпуска; знак, имя и год выпуска должны быть указаны таким способом и на таком месте, чтобы было ясно видно, что права автора охраняются.
Со временем список формальностей становился все меньше; последней стал всем хорошо известный «знак копирайта», латинская буква «C» в окружности. Сейчас такой знак проставляется по желанию, однако сравнительно недавно его использование было обязательным. Оно требуется Всемирной конвенцией об авторском праве, но в странах, присоединившихся к Бернской конвенции, такого требования уже нет.
Одним из основных принципов Бернской конвенции является «принцип автоматической охраны», который как раз и состоит в том, что авторские права возникают автоматически, а автор может использовать свое произведение без соблюдения каких-либо формальностей.
Этому основному принципу и противоречат планируемые поправки, которые связывают осуществление прав на свободно распространяемые произведения с заявлением, которое, к тому же, и опубликовано должно быть на конкретном сайте. То есть – с формальностью...
Еще непонятно, почему по такой схеме распространять свои произведения можно только безвозмездно. Авторы поправок при их написании, похоже, держали в голове только лицензии CC и FSF. А если автор хочет денег? Он, получается, будет лишен возможности предоставить свое произведение «любым лицам»? И почему такая дискриминация? Да, непонятно...
Ну и, наконец, еще одно противоречие. ГК в статье 1269 предусматривает так называемое «право на отзыв»: автор произведения, который уже его обнародовал, может от такого обнародования отказаться и даже изъять из обращения уже выпущенные экземпляры произведения. При этом он должен возместить причиненные таким решением убытки. В случае, если автор опубликовал свою работу в Интернете, такой отзыв реализовать очень легко: она просто удаляется с сайта. Правда, «закачать обратно» уже скачанное не получится...
Правом этим пользуются сравнительно редко, а к программам оно не применяется вообще, но совершенно непонятно, почему авторы поправок лишают возможности «отзыва» тех авторов, которые изъявили желание воспользоваться «свободной лицензией а-ля ГК».
При изучении «копирайтного» законодательства нетрудно заметить, что проблемы у свободных лицензий возникают из-за концептуальной их несовместимости с ГК. Кодекс исходит из того, что создание произведения и передача прав на него – это некий серьезный шаг. За нарушение авторских прав предусмотрена совершенно драконовская «компенсация» с минимальным размером в десять тысяч рублей. Дополнительные меры по защите автора предусмотрены и при заключении договора, который должен быть только письменным («упрощенный порядок» заключения такого договора для ПО – это тоже разновидность письменной формы договора).
Если срок действия договора не указан, то он принимается равным пяти годам. Если не указана страна, в которой действует договор – он действует только на территории России. Эти общие правила, как вы видите из текста проекта, в нем даже продублированы дополнительно.
Такие меры призваны защитить права авторов, но, как показывает практика, своего назначения они не достигают: если автора нужно обмануть, его обманут все равно. И даже обманывать не требуется: посредники в лице «лейблов» и издательств в договоре являются более сильной стороной и способны навязать автору свои условия...
В то же время, существуют многие тысячи творцов, которые поют, играют, рисуют и программируют, не думая о прибыли, а творчество свое хотят раздавать всем желающим бескорыстно или в качестве «рекламных материалов». Но «законно» этого сделать они не могут, причем основным препятствием для этого являются как раз те положения закона, которые призваны их защищать...
Да и вообще, регулирование копирайтной сферы у нас, похоже, движется из крайности в крайность. Сначала законодатель принимает четвертую часть ГК, в которой запрещает все, что можно, а затем – пытается ввести «свободные лицензии», но теперь отбирает часть прав уже у автора...
Между тем, гражданское законодательство уже предусматривает «открытые лицензии» на изобретения и селекционные достижения, при помощи которых правообладатель может передать право на их использование любому желающему. Они описаны в статьях 1368 и 1429. Статьи эти упомянуты и в тексте законопроекта, из которого видно, что авторы конструировали новую норму по аналогии со статьями об «открытых лицензиях», и из них же взяли требование о регистрации произведения в Роспатенте: и для изобретения, и для селекционного достижения это – обязательные условия.
Существование «открытых лицензий» в отечественной правовой системе – еще один из аргументов в пользу того, что GPL и ей подобные типовые договоры могут применяться уже сейчас. Ведь ГК в своей шестой статье разрешает применение законодательства «по аналогии», то есть, применение сходных норм права в том случае, если прямо какие-то правоотношения не урегулированы.
Ну, а если нужно более подробно описать применение свободных лицензий в законе – наверно, стоит заменить «публикацию на сайте Роспатента» на просто «публикацию», установив в качестве ее условия возможность достоверно определить, от кого такая публикация исходит. Перенести статью из «общей» главы в следующую, семидесятую, которая содержит нормы, распространяющиеся исключительно на авторское право. Убрать бесплатность и безотзывность, разумеется. И не нужно называть лицензионный договор «заявлением», плодя сущности без необходимости...
2. В отношении произведений не допускается:
1) осуществление без разрешения автора или иного правообладателя действий, направленных на то, чтобы устранить ограничения использования произведения, установленные путем применения технических средств защиты авторских прав;
2) изготовление, распространение, сдача в прокат, предоставление во временное безвозмездное пользование, импорт, реклама любой технологии, любого технического устройства или их компонентов, использование таких технических средств в целях получения прибыли либо оказания соответствующих услуг, если в результате таких действий становится невозможным использование технических средств защиты авторских прав либо эти технические средства не смогут обеспечить надлежащую защиту указанных прав.
3. В случае нарушения положений, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи, автор или иной правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации в соответствии со статьей 1301 настоящего Кодекса, кроме случаев, когда настоящим Кодексом разрешено использование произведения без согласия автора или иного правообладателя.
4. В случае, когда статьями 1274 и 1278 настоящего Кодекса разрешено использование произведения без согласия автора или иного правообладателя и такое использование невозможно осуществить в силу наличия технических средств защиты авторских прав, лицо, желающее осуществить такое использование, может требовать от автора или иного правообладателя снять ограничения использования произведения, установленные техническими средствами защиты, либо предоставить возможность такого использования по выбору правообладателя.
[Вычеркнута удаленная часть, курсивом выделено то, что планируется добавить.]
Русский DMCA
Еще одно изменение, которое можно принять за «либерализацию», планируется внести в статью 1299 ГК. В ней описаны так называемые «технические средства защиты авторских прав», то есть различные «защиты от копирования», средства контроля доступа к произведению и тому подобное. Сейчас, согласно этой статье, в случае удаления пользователем такой защиты правообладатель получает право требовать от пользователя возмещения убытков или уплаты той самой драконовской компенсации с минимальным размером в десять тысяч.
Законопроектом планируется добавить пункт, в соответствии с которым в некоторых случаях, когда защита мешает «свободному использованию» произведения, пользователь вправе требовать от правообладателя либо удалить ее, либо обеспечить возможность такого использования как-то еще.
Но тот, кто думает, что разработчики проекта нас с вами облагодетельствовали, просто не знает, как выглядела самая первая редакция этой статьи. А ведь в ней пользователю давалось право самому «сломать» защиту, которая мешала свободному использованию, а не ходить на поклон к правообладателю (см. врезку).
Как мы видим, в самом первом варианте статьи возмещение убытков или выплата компенсации исключалась в любом случае, когда ГК разрешал использование произведения без согласия автора. Статей с такими разрешениями в Кодексе целых восемь. Однако в октябре прошлого года статья 1299 была изменена и это исключение оттуда убрали.
Статьи 1274 и 1278 описывают использование в информационных, учебных, научных и культурных целях, а также в целях правоприменения. В случае, если происходит создание копии в личных целях (ст. 1273) или копирование в библиотеке (ст. 1275), права «требовать» чего-то у правообладателя пользователь иметь не будет. И, самое главное, проектом так и оставлено запрещенным удаление защиты с компьютерных программ, свободное использование которых предусмотрено в статье 1280 ГК.
Ну, и в довершение всего достаточно представить, как пользователь будет «требовать» чего-то у правообладателя, чтобы понять, что планируемое нововведение – это даже не подачка, а просто декларация, выполнить которую на практике будет невозможно.
Правда, кое-какие полезные для свободных лицензий нововведения в проекте все же содержатся. К примеру, вносится ясность относительно того, запрещены ли безвозмездные лицензионные договоры в отношениях между коммерческими организациями.
- Репортаж о встрече с представителями интернет-сообщества: http://www.kremlin.ru/news/11427
- Текст поручения Президента: http://www.kremlin.ru/news/11427
- Проект изменений в ГК на сайте Минэкономразвития: http://www.economy.gov.ru/minec/activity/sections/corpmanagment/civil_code/full_text_civil_code/140411_gk#
- Статья о «Статуте королевы Анны»: http://ru.wikipedia.org/wiki/Статут_королевы_Анны
- Письма Минфина и Исследовательского центра частного права: http://bablaw.livejournal.com/45358.html
Еще в конце 2008 года в одном из веблогов были опубликованы ответы на депутатские запросы из Министерства финансов и Исследовательского центра частного права, которые касались использования бесплатного ПО в организациях. И Минфин, и Исследовательский центр в своих разъяснениях написали, что безвозмездная лицензия – не что иное, как дарение, которое между коммерческими организациями запрещено. И посеяли этим в умах еще один миф, не менее вредный, чем миф о «незаконности GPL».
Задача такого запрета на дарение – пресечь возможные злоупотребления, когда под его видом из компании выводятся активы, например, при банкротстве. Но такая ситуация в корне отличается от безвозмездного предоставления всем желающим права на использование программы. Поэтому распространившиеся после публикации писем опасения того, что налоговики могут придраться и оценить свободное ПО «по стоимости коммерческих аналогов» не имели под собой абсолютно никаких оснований. (Это, кстати, невыгодно самим налоговикам: стоимость ПО в таком случае подлежала бы исключению из прибыли, что повлекло бы за собой снижение суммы налогов).
Авторы проекта вводят в статью 1235, посвященную лицензионному договору, новый пункт, в соответствии с которым коммерческим организациям запрещается только безвозмездное предоставление друг другу исключительных лицензий, то есть таких, которые могут предоставляться только одному лицу и давать ему полный контроль над использованием произведения. Лицензии неисключительные можно «дарить» друг другу сколько угодно. Именно на условиях неисключительной лицензии программисты передают пользователям бесплатное ПО, поэтому можно будет не опасаться «придирок налоговой» после принятия проекта.
Еще существенно изменяется статья 1286, в той части, которая описывает «упрощенный порядок» заключения лицензионного договора на использование программного обеспечения. Порядок этот заключается в том, что условия договора излагаются на экземпляре ПО или его упаковке. Начало использования программы считается заключением договора. В новой редакции статьи такой договор «по умолчанию» считается безвозмездным и бессрочным, свое действие он прекращает с момента отчуждения экземпляра его владельцем. Казалось бы, в самый раз для свободного ПО, но... «экземпляр» – это материальный носитель с программой. Норма эта применима только к программному обеспечению, распространяемому на дисках...
В целом – чтение проекта поправок с мысленным наложением на существующую практику распространения свободного ПО и произведений по CC-лицензиям оставляет двойственные впечатления. С одной стороны, авторы хотели как лучше. С другой – почему-то упорно вспоминается дорога вы поняли куда, которую мостят вы поняли чем...
